Имажинизм: загадочное течение, к которому примкнул Есенин

Большинство читает Есенина как певца берёз, деревни и прощальных закатов. Но несколько лет — с 1919 по 1924 год — он был одним из основателей московского авангардного движения, участники которого расписывали стены монастырей своими стихами и переименовывали улицы в честь себя. Это движение называлось имажинизм, и оно плохо вписывается в привычный образ Есенина.

В этом и есть интрига. Имажинизм — литературное течение, поставившее образ выше всего остального: выше смысла, сюжета, идеи. Стихотворение для имажиниста — это цепочка метафор. Причём не иллюстрация к мысли, а самостоятельная ценность. Образ не служит поэту — образ и есть поэзия. Название происходит от латинского imago — образ. Русские поэты позаимствовали термин у английского имажизма, о котором узнали из статьи критика Зинаиды Венгеровой «Английские футуристы» в сборнике «Стрелец» в 1915 году. Эзра Паунд и его круг писали примерно о том же — о первенстве образа в поэзии. Но сходство этим и ограничивается: русские имажинисты шли своим путём, и о родстве с английскими предшественниками говорили неохотно. Если символизм использовал образ как намёк на невидимый мир, имажинизм отказался от любого «второго дна». Если акмеизм ценил точность и конкретность слова, имажинизм пошёл дальше и поставил метафору выше логики. Если футуризм разрушал язык ради скорости и провокации, имажинизм разрушал его ради образа. Точка отсчёта — 1918 год, когда в Москве сложился «Орден имажинистов». Его создателями стали три очень разных человека: Сергей Есенин, пришедший из круга новокрестьянских поэтов, Анатолий Мариенгоф, приехавший из Пензы с готовой теорией образа, и Вадим Шершеневич — бывший участник футуристической группы «Мезонин поэзии» и переводчик Маринетти. 30 января 1919 года в воронежском журнале «Сирена» была опубликована Декларация имажинистов — манифест нового движения. Её подписали Есенин, Мариенгоф, Шершеневич и Рюрик Ивнев, а также художники Борис Эрдман и Георгий Якулов. Авторы называли себя «передовой линией имажинистов». Центром движения стало московское литературное кафе «Стойло Пегаса» на Тверской, открытое имажинистами в 1919 году. По воспоминаниям современников, строки из «Исповеди хулигана» Есенина украшали его стены. Поэты читали здесь стихи, спорили, скандалили с критиками и принимали поклонников. Кафе было одновременно и сценой, и штабом. Имажинисты также владели книжной лавкой и издательством, выпустившим за несколько лет более сорока книг. 1. Сергей Есенин — Я последний поэт деревни Я последний поэт деревни, Скромен в песнях дощатый мост. За прощальной стою обедней Кадящих листвой берёз. Стихотворение написано в 1920 году и посвящено Мариенгофу. Берёзы «кадят листвой» — это метафора религиозного обряда, но применённая к дереву. Образ переносит обычный осенний листопад в пространство прощальной службы. Такое соединение конкретного и ритуального — характерный имажинистский приём. Башка моя, словно август, Льётся бурливых волос вином. Я хочу быть жёлтым парусом В ту страну, куда мы плывём. Стихотворение написано в 1920 году. «Башка, словно август» — сравнение, которое не объясняется, а ощущается. «Льётся… волос вином» накладывает три образа один на другой. Логика здесь не нужна, образ работает через неожиданность. 3. Вадим Шершеневич — Принцип примитивного имажинизма И ресницы стучат в тишине, как копыта, По щекам, зеленеющим скукой, как луг… Написано в 1918 году, до официального манифеста. Шершеневич демонстрирует метод в заглавии. «Принцип» — это учебный пример. Ресницы… и копыта, щёки… и…

Источник: rustih.com — rustih.com/imazhinizm-zagadochnoe-techenie-k-kotoromu-primknul-esenin/