Личные истории вместо идеальной речи: как меняются публичные выступления

Подписывайтесь на телеграм-канал «РБК Стиль» В классической традиции ораторского искусства — от античных форумов до политических трибун XX века — публичную речь оценивали по громкости оваций. Они служили подтверждением статуса и влияния говорящего. Реакцию публики на выступления политических лидеров даже фиксировали в стенограммах пометками: «одобрительные возгласы в зале», «аплодисменты», «бурные аплодисменты, переходящие в овацию».

Позднее успех речи стали измерять по тому, сколько раз ее процитировали в СМИ. Сегодня такие практики уходят в прошлое. Публичная речь становится инструментом, который меняет мышление аудитории, процессы в компаниях и социальные установки. Высший пилотаж для политика или бизнес-лидера — объяснить непопулярное решение и убедить аудиторию в его необходимости. В 1960 году Джон Кеннеди и Ричард Никсон встретились на первых в истории теледебатах между кандидатами в президенты США. Америка сочла Кеннеди победителем: он выглядел спокойнее, был моложе и лучше смотрелся в кадре. После этого закрепился образ оратора как звезды экрана: дорогой костюм, уверенный взгляд и глубокий тембр голоса. В 2025 году харизма и внешний вид важны, но далеко не всегда определяют результат выступления. Хороший спикер должен спрашивать себя: «Что изменится в голове моего слушателя, когда тот выключит экран?» Речь, меняющая сознание, держится на трех опорах: Юлия Ромашина, педагог Orator Club: «В современном мире любую возможность определяют не только знания, но и то, насколько человек способен донести свою позицию. В моей педагогической практике немало примеров, когда навыки публичного выступления меняли судьбы. Один из моих учеников много лет считал себя человеком, которому лучше оставаться в тени, и никогда нигде не выступал. Постепенно, благодаря системной работе с речью, дыханием и структурой выступления, он смог преодолеть страх и однажды произнес короткую речь на корпоративном мероприятии. Это был поворотный момент. Руководство обратило на него внимание и предложило повышение. Уверенная речь способна открывать многие двери». Политики, топ-менеджеры и публичные фигуры десятилетиями выступали по текстам, которые готовили профессиональные спичрайтеры. Слова учили наизусть, а на сцене использовали телесуфлеры или распечатанные крупным шрифтом подсказки. Речи были отполированы до блеска: аккуратные формулировки, обезличенные примеры. Ошибка или слабость расценивались как угроза репутации. Но эпоха идеальных образов и речей уходит, говорит Юлия Ромашина. Побеждают искренность, личные истории, признание ошибок и реальный опыт. Слушатели устали от фальши и лучше распознают, когда ими пытаются манипулировать. А «идеальность» вызывает у них тревогу. Сотрудники корпораций теперь регулярно видят руководителей в интервью, подкастах, выступлениях. Чем больше человек присутствует в публичном поле, тем заметнее расхождение между его образом для широкой аудитории и реальным поведением. Гораздо убедительнее тот, кто признает свои промахи и не стесняется о них говорить. На этом фоне хорошая речь — немного стендап, где аудитория смеется и аплодирует ошибкам, потому что узнает в них себя. Слушайте лекции профессоров MBA из ведущих бизнес-школ мира на РБК В политике, бизнесе, университетах, на научных конгрессах XX века доминировала вертикаль: старший говорит — младшие слушают. Поскольку книги, высшее образование и в целом информация были доступны не всем, публичные выступления оставались важным источником знаний для массовой аудитории. Сами речи — строго лекционные: вступление, тезисы, вывод, перегруженные слайды и минимальное вовлечение. Слушатели должны были впитать то, что им передают, не споря и почти ни в чем не участвуя.

Источник: style.rbc.ru — style.rbc.ru/life/694eb1c49a7947ddab20e4a3