«Картотека» — пьеса, где прошлое, настоящее и гротеск сплетаются воедино

В театре MOÑ прошла российская премьера спектакля «Картотека», поставленного режиссером из Санкт-Петербурга Надей Кубайлат Постановка «Картотека» по одноименной пьесе польского драматурга-авангардиста Тадеуша Ружевича раскрывает бессвязный и парадоксальный мир главного героя, потерявшего себя в хаосе времени. Былое, тени и выветрившиеся фразы — на этих зыбких основах построен спектакль театрального режиссера Нади Кубайлат. Здесь невозможно ни спрятаться, ни найти себя окончательно. Как описать сюжет, если сам автор сложил его из частей, которые не стыкуются между собой? Главный герой пьесы живет не по законам драматургии. Его жизнь — сон, где картины прошлого, настоящего и фантасмагории перемежаются без предупреждения. Мы видим героя то ребенком, то мужчиной средних лет. В одной сцене он партизан, в другой — офисный служащий. В один момент он рассказывает о войне, в следующий возникает сердитая туристка, обвиняющая героя в чужих прегрешениях. Пьеса, написанная Тадеушем Ружевичем, открывает темы скучного обыденного существования, стертых прошлых ценностей и сомнений в смысле самого человечества. Герой просто лежит в центре хаоса — то ли физически, то ли метафорически, — как будто сам его покой стал последним протестом против бессмысленного течения жизни. В этом молчаливом сопротивлении уже виден намек на следующую главу: здесь случайные фрагменты начинают собираться в пугающий, но завораживающий узор. Тадеуш Ружевич родился 9 октября 1921 года в Радомско, в семье судебного писаря и еврейки, которая приняла католичество. Его юность пришлась на предвоенные годы, когда миф о великой Польше еще вдохновлял молодежь. Однако реальность Второй мировой войны разрушила не только города и жизни, но и устоявшиеся ценности. В годы войны Ружевич сражался в рядах Армии Крайовой — польского подполья, которое после освобождения страны оказалось в сложном положении. Варшавское восстание 1944 года стало символом национального героизма и одновременно трагедии: лучшие представители польской интеллигенции погибли в ожесточенной борьбе, во многом спровоцированной правительством в изгнании. Советская армия, подошедшая к Варшаве, не оказала поддержки повстанцам, а внутренний политический конфликт между Армией Крайовой и прокоммунистической Армией Людовой лишь усилил раскол. Этот исторический фон глубоко повлиял на мировоззрение Ружевича. Он видел, как прекрасные идеалы сменялись разочарованием и хаосом. Театральный критик и специалист по польской драматургии Алена Карась отметила: «Человек у Ружевича распался. Он не знает, кто он. Его сознание раздроблено. Это опыт войны, опыт внутреннего конфликта, когда идеалы превращаются в прах, а реальность становится невыносимой». После войны Ружевич стал голосом поколения, которое пыталось осмыслить катастрофу. Драматург создал поэтическую «нагую» лирику, отказываясь от высоких слов и риторики. В его произведениях нет ни патетики, ни морализаторства — только глухое отчаяние и попытка понять, как жить дальше. Пьеса «Картотека», впервые поставленная в 1960 году, стала манифестом нового театра. Ружевич разрушил традиционную драматургию: действие разорвано, персонажи — лишь тени, а монологи — фрагменты воспоминаний и размышлений. В центре пьесы — Человек, который утратил себя. Он говорит: «Я не хочу больше ничего. Ни думать, ни чувствовать. Просто лежать и забыть». Ружевич включил в оригинальный текст пьесы стихи, написанные ранее, смешав таким образом поэзию и драму. Его герой стал воплощением послевоенной польской реальности: потерянной, распавшейся на части, лишенной целостности. Трагедия заключается не только в утрате жизни, но и в утрате смысла существования. Британский драматург венгерского происхождения Мартин…

Источник: realnoevremya.ru — realnoevremya.ru/articles/324503-kartoteka-pesa-gde-proshloe-nastoyaschee-i-grotesk-spletayutsya-voedino